Новости Александр Невзоров От Эколь Невзорова Лошади Лидия Невзорова Лошадиная Революция
Научно-исследовательский центр Фильмы Издательство Homo. Антропология Фотогалерея СМИ Ссылки Контакты

Интернет-магазин



Alexander Nevzorov. Русское чудо. (Cheval Attitude #7-2007. Франция)

http://www.cheval-attitude.com/

Отрывки из интервью:

Александр Невзоров - какой вы? Французы с вами совершенно не знакомы. И объясните нам, пожалуйста, что такое От Эколь Невзорова.

Я очень хороший. Но русский. И этим все сказано. В данном (моем) случае – все стереотипы «про русских» абсолютно подходят. Да вам так будет удобнее, честно говоря: те мои мнения, убеждения и знания, которые будут для вас некомфортны, вы всегда можете списать на « русский максимализм».

Потом будет ясно, что это не максимализм, а просто хорошее знание и понимание лошади, понимание того, что «лошадь – это точная наука».

Потом, когда у вас начнет получаться настоящая работа с лошадью, свободная от традиционной подлости человека в отношении этого потрясающего существа, вы будете все больше и больше соглашаться со мной.

Но пока, учитывая особую «тепличность» и «квазикорректность» людей Запада смело списывайте некомфортные для вас высказывания на русский максимализм.

Впрочем, мое «я» – это не так интересно. У меня скучная и очень банальная биография… (ваш очаровательный редактор может уточнить подробности). Лучше о Школе.

От Эколь Невзорова – это Школа, основным принципом которой является воспитание лошади без всяких, даже минимальных, средств контроля и принуждения. Это Школа, где запрещены любые наказания лошади, шпоры, уздечки, все виды железа, недоуздки и прочая, прочая...

Это Школа, исповедующая в качестве основного принцип, что лошадь безусловно разумна, интеллектуальна, и завоевание ее души – гораздо более продуктивная и честная цель, приносящая более весомые плоды, чем тупое опутывание ее веревками, ремнями, засовывание ей в рот железок…

Как бы ни лицемерили классические и спортивные школы, какие бы ни произносили «слова», их отношение к лошади – это отношение как к глупой мясной машине, которая включается ударом шпоры, которая всегда должна контролироваться болью во рту от железа и вся жизнь которой должна быть прилажена под желание (или нежелание) человека забавляться с ней или использовать ее. У нас все иначе.

Для ученика Школы обязательно безукоризненное знание лошадиной анатомии и биомеханики, закрепленное участием в препарациях и вскрытиях, абсолютное понимание всех физиологических процессов лошади, точное знание и понимание миологии, иппологической истории, философских и религиозных доктрин, и еще очень многих и многих дисциплин…

Без исчерпывающих знаний анатомии лошади, причем не формальных, а «пылающих, живых, детальных знаний» даже простая «работа в руках» у нас недопустима.

В Школе действует запрет (строго соблюдающийся) не только на болевое воздействие на лошадь (железо, недоуздки, шпоры) но и на психологическое воздействие, такое как «дрессировка».

Ничто не может быть достигнуто выработкой рефлекторных «ответов» на воздействие человека. Либо ученик добивается реального понимания его лошадью, либо он перестает заниматься и уходит туда, где попроще, где можно чувствовать себя «лошадником» и добиваться определенных успехов за счет банального болевого воздействия или столь же банального подкупа лошади.

Основное время уходит на то, чтобы научиться быть « понятным лошади». Но быть понятным лошади –это только полдела. Очень часто человек понятен, лошадь прекрасно осознает суть и нюансы требований, но не желает их выполнять в силу разных причин (физиологических, травматических, психологических). Здесь начинается самое сложное. Если для отказа от выполнения очень сложных элементов нет причин ветеринарного характера, начинается обучение лошади быть страстной, горячей, темпераментной и абсолютно исполнительной.

Разумеется, и на этом уровне нет никаких средств воздействия на нее.

Горячность, страстность, эмоциональность, состояние «высокого духа» особо культивируется в наших лошадях, для этого в учебный процесс включены те игры с лошадьми, которые так шокируют зрителей на фотографиях.

Игры – волшебный ключик, скажу вам по секрету. Правильное сочетание игр, обучающей техники элементам и дает поразительные результаты.

Сразу оговорюсь: основное правило техники безопасности в Школе заключается в полном пренебрежении всеми правилами техники безопасности.

Шлемы, к примеру, недопустимы. Во-первых, это атрибут спортсменов, а сходство (даже внешнее) со спортсменом для ученика Школы недопустимо и оскорбительно.

Во-вторых, если боишься лошади – лучше не подходить к ней вообще. А то, по «логике шлема», надо вообще все тело заранее гипсовать.

Почему От Эколь?

Это великая древняя французская школа, отцом которой был Антуан де Плювинель, первым сказавший, что «железо и уздечка мучительны для лошади». Это единственная школа в мире, способная на развитие и постоянное совершенствование. Это ВЫСОКАЯ школа.

А на данный момент, в наше время, как мне кажется, наивысшей формой мастерства в работе с лошадью уже должно стать работа с абсолютно свободной лошадью, у которой союз с человеком – добровольный выбор.

Да, это сложно на первых порах. Но те, кто хочет попроще, к нам и не заходят. Их удел – спорт, прокат, НХ и т.д. Подчеркиваю, что ничего общего Школа с НХ не имеет. Поясню.

НХ начинается с догмата о человеке, как об альфа-лошади, как о «доминантной» лошади. Но! Надо считать лошадь полной идиоткой, предполагая, что она хотя бы на секунду может принять человека за другую лошадь. Нет, лошадь НИКОГДА не воспримет человека как другую лошадь. Она прекрасно видит и осознает все видовые различия. Отношения ее с человеком выстраиваются в принципе совершенно иначе, чем у лошади с лошадью.

Да, есть некоторые внешние приметы, напоминающие «межлошадиные» отношения (к примеру - готовность к взаимному груммингу, мимика, звуки, движения), но это происходит лишь оттого, что лошадь имеет привычный «набор» проявлений чувств и этим набором пользуется. Это ничего не значит. Отношения в принципе другие. Мы тоже в общении с лошадьми используем «наработки», используемые нами при общении с людьми (голос, оглаживания, свист, жестикуляция, и т.д.), но ведь из этого не следует, что мы принимаем лошадь за человека.

Так что теория человека как «доминантной лошади» глупа в принципе.

Всякое там НХ много говорит о лидерстве, но на самом деле с самых первых минут лошади внушается, что чем она будет тупее и безынициативнее, тем ей будет комфортнее. «Лидерство» человека в НХ базируется лишь на том, что человек сознательно обучает лошадь тупости, демонстрируя ей, насколько для нее выгодна позиция полного безразличия и сонливости.

Лошадь невероятно умна – и очень легко «развращается» в руках опытного НХ-шника.

Она соглашается с предложенной ей моделью поведения. Но это всего лишь обучение. Тупости и «обвислости» можно научить, как и испанскому шагу, например. Лошадь легко и быстро усваивает «уроки безразличия и апатии», заключающиеся в т.н. «играх» НХ, как правило, соглашается на почти полное безразличие, а по-хозяйски суетящийся рядом с ней человек, помахивающий веревками, всегда покажется профану «лидером». Но это –обман чистой воды.

Дело в том, что «игры» в НХ действительно сформированы с хорошим знанием лошадиной психологии. В них от лошади требуется лишь то, что не доставляет ей вообще никаких усилий. Это производит впечатление. Мало кто понимает, что лошадь согласна быть тупой и неподвижной до той минуты, пока от нее не требуются дискомфортные усилия. Несение всадника на спине, например. Или элементы выездки, даже самые простенькие.

Как только такие усилия требуются, т.н. «лидер» вынужден одеть на голову лошади очень грубое и достаточно жестокое средство управления, состоящее из тонких веревочек с узелками, впивающимися в храп. То есть, по сути, он переходит на обычное «болевое» воздействие, ничем не отличающееся от принятого в спорте.

Если всадник захочет чего-либо еще более сложного, то он и вовсе переходит к прямому болевому воздействию на нервы головы и рот с помощью « железа». При чем здесь «лидерство»? Если оно было в «играх» куда оно делось на более сложных этапах?

Так что я при общении с лошадью – не «лидер». Я не играю в эту фальшивую игру. Прикидываться «лошадью», прикидываться «лидером», «косячным жеребцом»… И перед кем прикидываться? Перед лошадью, которая точно знает, что я – не лошадь? Смешной бред.

Более того, я сознательно стараюсь не доминировать, не обозначать власть. И в этом надо соблюдать величайшую аккуратность.

Я хорошо знаю, что власть – лакомый кусочек и здоровая, сильная лошадь (как и любое существо) будет за нее бороться, когда представиться возможность. Претендующий на роль «лидера», «властителя» должен понимать, что он может быть свергнут, когда чуть-чуть ослабеет. Такая диспозиция уж никак не годится для тонкой и сложной Школьной работы. Тем паче, что занимаюсь я с очень энергетическими, очень горячими, буйными и боевыми лошадьми. С жеребцами, в частности, которые сами по себе очень властолюбивы, и испытывают огромное удовольствие от конфликтов. Более того, природой в них заложена тенденция «борьбы за власть». Обозначьте «власть» – и вы обязательно получите борьбу за нее. Более того, мне совершенно ( в категорической форме) и не нужна власть над лошадью. Все, что требуется от человека – это умение быть абсолютно понятным лошади.

Как живут ваши лошади?

У нас очень велики обязательства перед лошадью. Наши лошади живут хорошо.

У каждой лошади есть теплый зимний, очень просторный и комфортабельный денник (на случай мощных русских морозов), куда они приходят ночевать, только когда на улице меньше минус 15 градусов.

Но денник и конюшня – это крайняя мера, экстремальная ситуация, которой надо избегать всеми силами и средствами. Лошадь должна жить в движении, на открытом воздухе. Для этого каждая лошадь имеет огромный шелтер с собственным , строго персональным двориком и возможность гулять в большом саду.

Ковка, разумеется, не допускается. Разрушительное действие ковки для лошадиных ног, сердца и вообще почти всех функций организма на сегодняшний день – научно доказанный факт. Здесь мы руководствуется трудами самых сильных, самых передовых ветеринаров мира, таких как доктор Штрассер. В России очень слабая ветеринария, ее практически нет. Посему почти все приходится делать самим. Опять-таки, очень помогают европейские врачи.

Диетология, рационы – персонально разрабатываются для каждой лошади, частично корма возятся нами из Европы, частично употребляются русские.

О конфликте со спортом.

Нельзя назвать это конфликтом… Для меня спортсмены – люди, занимающиеся бездумной верховой ездой для удовольствия – просто дикари. Не более.

Они прячутся от серьезных, проверенных научных фактов о болевом, жутком воздействии «железа» на все функции лошадиного организма.

Боль лошади можно чувствовать. Ну, предположим, это привилегия одаренных в «лошадином смысле» людей. Возможно, не каждый всадник это чувствует. Но если они не умеют чувствовать, то читать-то они умеют? Есть множество суперсерьезных научных, ветеринарных трудов, начиная с профессора Кука, где черным по белому описаны все муки, которые они причиняют лошади своими забавами… Но спортсмены и попокататели затыкают уши, ничего не желая знать о тех страданиях, которые их забавы причиняют лошади. Они продолжают мучить лошадей спортом и продолжают сюсюкать о своей любви к лошади.

Более того, стоит им это объяснить – они начинают озлобляться, но не на себя, а на того, кто это объясняет. Дикари.

Какова ваша конечная цель?

А очень простая цель. Конечно, человек очень виноват перед лошадью. Конечно, в течение многих веков отношения с нею строились на маразме, предельной жестокости и дикости человека.

Апофеозом маразма и дикости стал конный спорт во всех его проявлениях, когда лошадей мучают железными инструментами, засунутыми ей в рот, изобретенными и принятыми в бронзовом веке, но делают это уже ради чистой забавы.

Я знаю, что говорю – у меня самого предельно позорное прошлое, я сам очень виноват перед лошадьми, ибо в моей биографии были и спорт, и конные трюки, и «железо», и шпоры. С тех пор прошло много лет. Но я помню это. Помню, что когда-то был одним из «них». Моя беда была в том, что меня именно так когда-то учили. Когда-то мне, мальчишке, внушали бредни о необходимости «железа» о «тупости лошади». Мне потребовались и знания, и мужество, чтобы измениться полностью.

Конечно, отношения человека и лошади будут меняться.

Я прекрасно понимаю, что я не первый и не последний из тех, кто будет коренным образом изменять эти отношения.

Посему Школа, помимо практики воспитания лошадей, занимается еще и научными исследованиями, финансирует анатомические исследования, экспертизы, показывающие степень жестокости ЛЮБОГО воздействия ЛЮБОГО железа.

Школа производит фильмы – как обучающие, строго предназначенные для учеников школы и не распространяющиеся, так и демонстрационные.

В сотрудничестве с главным телеканалом России Школа производит и художественно-публицистические фильмы о лошадях – такие, как знакомая вам «Лошадиная Энциклопедия».

Сейчас в производстве фильм «Лошадь распятая и воскресшая». Фильм, основанный на экспериментах, на строгой, доказательной научной базе.

Этим фильмом, впрочем, я не хочу переубедить оппонентов. Я хочу их просто «сдуть» с поверхности. Думаю, получится.



Copyright © NEVZOROV HAUTE ECOLE, 2004 - 2011.

Все права на любые материалы, опубликованные на сайте, защищены
в соответствии с российским и международным законодательством об авторском праве и смежных правах.
При любом использовании текстовых, аудио-, фото- и видеоматериалов ссылка на www.HauteEcole.ru обязательна.
При полной или частичной перепечатке текстовых материалов в интернете гиперссылка на www.HauteEcole.ru обязательна.
Адрес электронной почты редакции: Journal@HauteEcole.ru